Доклад на СГД по ситуации с памятником белочехам в Самаре

Уважаемые   и неравнодушные жители Самарской области!

Толерантность не означает вседозволенность, забвение истории и манипулирование понятиями. Сразу  — для либералов.

Установка «памятного знака» чехословацким легионерам, захороненным на территории города Самары в 1918 году, официально проводится в рамках соглашения между правительствами РФ и ЧР «О ВЗАИМНОМ СОДЕРЖАНИИ ВОЕННЫХ ЗАХОРОНЕНИЙ», подписанном сторонами 07.05.1999 г. Основной упор сторонники установки памятного знака делают именно на эту «букву закона». Но фактически захоронения чехословацких легионеров на территории бывшего Всехсвятского кладбища утеряны (разрушены) по объективным причинам задолго до подписания соглашения. Если же внимательно прочитать все пункты этого соглашения, то можно отметить, что документ сохраняет свою юридическую силу только в том случае, если захоронения существуют, как объект. В нашем же случае соглашение не может являться основанием для установки памятного знака чехословацким легионерам на территории г.о. Самара.
Кроме того, в п.3 ст.2 соглашения отмечено: «При обеспечении сохранности, содержании и обустройстве новых военных захоронений Договаривающиеся Стороны будут действовать в соответствии со своим национальным законодательством, а также с учетом национальных, религиозных и иных традиций своих государств». То есть, если жители города считают неприемлемым установку памятного знака чехословацким легионерам, то с этим мнением придется считаться обеим сторонам. А в Самаре общественность уже 8 лет протестует против установки этого памятного знака.

Итак, 4 июня 1918 года, за четыре дня до взятия Самары, в районе станции Липяги произошло одно из первых крупных сражений Гражданской войны между защитниками советской власти и мятежными чехословацкими легионерами. Собранные «с миру по нитке» советские отряды в большинстве своем не имели боевого опыта и после ожесточенного боя были разбиты. Часть красноармейцев попала в плен, часть утонула, но большинство погибло во время боя. Первым делом чехословацкие легионеры добили тяжелораненых бойцов. Расстреляли большевиков, затем мадьяров и китайцев», — спустя годы писал ветеран Гражданской войны Хусаин Аипов.

5 июня 1918 года начался артиллерийский обстрел Самары. Вот воспоминания известного христианского миссионера Владимира Марцинковского: «Я жил на краю города, на Уральской улице. Недалеко были окопы. Иногда вечером, после пушечного выстрела, вдруг слышишь душераздирающие стоны — это кричат раненые. С раннего утра до вечера зловеще взвывали гранаты над городом. Одна из них влетела в комнату сапожника, жившего на соседнем дворе — и вся семья, состоявшая из пяти человек, была убита». Эта информация подтверждается и записью в метрической книге Покровской церкви. Глава семьи – уроженец Тверской губернии Семён Павлович Павлов, 36 лет, сапожник. Супруга – Пелагея Васильевна, 30 лет. Дети – Александр, 3 года и Алексей, 11 лет. Вся семья погибла от разрыва снаряда. В мастерской сапожника в этот момент находился заказчик. Кем он был, выяснить не удалось, и в метрической книге Покровской церкви пятую жертву обстрела записали как «неизвестный». Дата – 7 июня 1918 года по новому стилю…

Утром 8 июня легионеры при поддержке офицерского подполья пошли на штурм города. Вновь гибли люди – красноармейцы и мирное население. Согласно записям в метрических книгах самарских церквей, за несколько дней боёв – с 5 июня по 8 июня 1918 года — в Самаре погибло более 300 человек. Женщины гибли в основном от пулевых ранений в голову — стоило выглянуть в окно, как чехословаки тут же снимали любопытных прицельным снайперским выстрелом. Дети гибли от осколков гранат…

Один из очевидцев, некто Сафронов, писал: «Я помню те печальные дни, когда самарский вскрытный дом был переполнен трупами собранных с пыльных улиц и побережья Самарки. Народ толпами собирался смотреть на эту новую картину, еще никогда небывалую в Самаре. Обезображенные трупы в крови и грязи с вырванными глазами, раздробленными головами, распоротыми животами. Они лежали не в порядке, похоже, когда как будто выбрасывают старые шпалы». Часть жертв похоронили в братских могилах на городском Всехсвятском кладбище. Несколько десятков расстрелянных красноармейцев закопали в братской могиле в сквере на Собороной площади (сейчас это площадь Куйбышева). Часть пленных красноармейцев легионеры отправили на станцию Кряж, где их расстреляли из пулемётов и изрубили тесаками…

На совести чехословацких легионеров и зверская расправа над рабочими завода в Иващенкове (ныне — Чапаевск). Рабочие с оружием в руках не давали вывезти ценное заводское оборудование со стратегического предприятия и приняли бой с чехами. При подавлении восстания погибло около 1500 рабочих и членов их семей. В современном Чапаевске до сих пор сохранился памятник над их братской могилой. При приближении Красной Армии, чехословацкие легионеры начали активно вывозить из Самарской губернии различные ценности и взорвали мост через Самару, отрезав пути доставки продовольствия в город.

Сторонники установки памятника легионерам в Самаре в качестве основного приводят аргумент, что чехословаки создали первое демократическое правительство – КОМУЧ. Но какие бы благие цели не преследовались, в любом словаре военное, политическое, информационное или экономическое вмешательство одного или нескольких государств во внутренние дела другого государства, нарушающее его суверенитет, однозначно трактуется как ИНТЕРВЕНЦИЯ.

Но вернемся к соглашению. В пункте 2 статьи 2 отмечено: «Договаривающиеся Стороны обмениваются информацией о местах захоронений и их состоянии, соответствующими списками и дополнениями к ним». Именно этот пункт в случае с Самарой никогда не соблюдался чешской стороной. В администрации города нет ни списков погибших и захороненных легионеров, ни информации о том, каким будет памятный знак. И разумеется, эта информация не была предоставлена общественности. И по этим отрывочным данным, на монументе предполагается разметить имена пятидесяти трех чехословацких легионеров, якобы, павших в Самаре. Однако документы говорят о том, что за четыре месяца пребывания в Самаре на территории городского Всехсвятского кладбища всего было захоронено 24 легионера. Эта информация получена из анализа метрических книг самарского Кафедрального собора и Всехсвятской кладбищенской церкви, а так же из газет того времени.

При этом фамилии и даты захоронения, указанные на сайте Министерства обороны Чехословацкой республики, не совпадают с фамилиями легионеров и датами, записанными в метрических книгах самарских церквей.

Вопрос. Каких героев пытается увековечить чешская сторона? Так ли важна для чехов историческая правда? Или на первом месте стоит реализация чешского пропагандистского проекта «Легионы 100»? На сайте министерства обороны ЧР (http://valecnehroby.army.cz/htm/ru/r_3_0.html) об этом проекте написано подробно:
«Столетие образования чехословацких легионов станет темой в воспитании патриотизма и развитии традиций в духе наследия чехословацких легионеров… Современные зарубежные миссии АЧР по своему пониманию не далеки от идеалов, за которые боролись чехословацкие легионы почти сто лет тому назад. Наоборот, здесь прямая последовательность. Тогда и сегодня бой наших солдат ведется в рамках коалиционных сил, за рубежем, за свободу и демократию».

В рамках реализации проекта «Легионы 100» чешская сторона планирует установить в России более 50-ти «памятных знаков», а по сути – помпезных монументов чехословацким легионерам — по всему пути следования их эшелонов во время Гражданской войны. И устанавливать эти монументы они стараются на самых знаковых местах российских городов – на привокзальных площадях и многолюдных улицах. А надписи на мемориалах становятся сюрпризом для жителей российских городов. Достаточно привести в пример «памятный знак» на привокзальной площади в Челябинске, где на плите высечено: «Здесь покоятся чехословацкие солдаты, храбрые бойцы за свободу и самостоятельность своей земли, России и всего славянства. В братской земле отдали жизни за возрождение человечества. Обнажите головы перед могилой героев!» И в данном случае мы имеем дело с новой волной чешской интервенции – информационной.

Остановить иностранную интервенцию – дело чести каждого самарца, каждого россиянина. О каких подвигах мы будем рассказывать детям, увидевшим монумент? Задумайтесь!